Возрождение: в преддверии «Ленинградского дела». Часть II

В этом году у музея сразу три знаменательные даты — 75 лет с начала работы, 70 лет с момента закрытия в ходе «Ленинградского дела» и 30 лет с момента возрождения музея. Судьба этого музея сложна — совсем как судьба самого города. Много в ней и удивительного.

Например, именно его сотрудники получили дневник Тани Савичевой от ее чудом выжившей сестры Нины.

Мы постарались собрать архивные данные и рассказы историков о том, как это было, почему на картинах закрашивали героев обороны города и какой отзыв оставил о выставке Дуайт Эйзенхауэр. 

Один из самых больших

Соляной городок. Сегодня это название мало что скажет гостям Санкт-Петербурга. Желтое здание XVIII века, выходящее на набережную, местами затянуто зеленой строительной сеткой и выглядит полузаброшенным.

Если обойти вокруг, то со стороны Соляного переулка можно увидеть надпись: «Музей обороны и блокады Ленинграда». Сегодня это небольшой музей на два зала, который до сентября 2019 года закрыт на реэкспозицию.

Трудно поверить, но 75 лет назад здесь находился центр культурной жизни города, один из самых посещаемых и больших музеев Ленинграда. Его начали создавать еще в августе 1943 года.

Блокада была прорвана за полгода до этого, поезда с продовольствием, пусть и под обстрелами, но все же могли прорываться к жителям, хотя кольцо немецкой осады еще сжимало город — ежедневно на Ленинград обрушивались артиллерийские снаряды, бои не прекращались, а немцы, казалось, не собирались уходить.

Именно в это время выходит распоряжение — в частях необходимо собрать оружие героев обороны города. Историю каждой пушки, танка, самолета тщательно записывали и передавали вместе с будущим экспонатом в город.

Спецпроект на тему

Возрождение: в преддверии «Ленинградского дела». Часть II

Там, в Доме Красной армии (сегодня Дом офицеров), уже начинала работу группа художников и историков, специально отозванных с фронта, чтобы создать выставку «Героическая оборона Ленинграда».

Именно в это время там же по каким-то причинам оказалась Нина Савичева — сестра погибшей в блокаду девочки Тани Савичевой. Мало кто знает, что брат и сестры Савичевых, увезенные в эвакуацию, выжили. Нина, вернувшись после эвакуации в город, принесла дневник Тани в еще не открытый музей.

«Она показала его Льву Ракову, в будущем первому директору музея, который сразу распознал, что это документ очень большой человеческой силы, затем он его разместил в экспозиции. Этот дневник стал символом блокады, доказательством на Нюрнбергском трибунале», — рассказывает научный сотрудник музея Юлия Буянова, встречающая нас на пороге уже сегодняшнего музея.

Открытие

Первоначально выставка должна была открыться в Инженерном замке (сегодня филиал Русского музея), но потом решение изменили — совсем рядом пустовали помещения Соляного городка, который в XVIII веке использовался для хранения соли и вина. В XIX — начале XX века эти помещения приспособили под промышленный и сельскохозяйственный музеи, где люди могли видеть достижения техники.

Эти экспозиции были ликвидированы перед войной, и теперь огромные площади просто пустовали. Юлия Буянова показывает нам сегодняшний зал музея, в котором только-только закончились ремонтные работы. 75 лет назад история музея также началась с ремонта — за время блокады в здании прохудилась крыша, не раз рядом падали бомбы и снаряды.

Люди, пережившие самые страшные дни осады, сражавшиеся на фронте, в морозы латали кровлю, красили стены, расставляли экспонаты. «Было много военных: плотников, рабочих, которые готовили залы для размещения экспозиции.

Привозилось огромное количество техники с фронта, хотя еще шла Ленинградская битва, только в январе была снята блокада, а до лета 1944 года продолжались боевые действия на территории тогдашней Ленинградской области.

26 залов выставки были подготовлены и открыты всего за четыре месяца», — добавляет Буянова.

Каждый экспонат — история

Открытие состоялось 30 апреля 1944 года. В шесть часов вечера выступил председатель Ленгорисполкома Петр Попков. Именно он в январе, в разгар наступления советских войск, подписал распоряжение о возвращении дореволюционных названий ленинградским улицам, чтобы укрепить боевой дух солдат, напомнить о богатой истории города, который они защищают.

Наконец, сама ленинградская блокада, унесшая, по разным данным, от 600 тыс. до 1,5 миллионов жизней, стала историей. «Каждый экспонат — картина, скульптура, панорама — повествует о великих традициях города Ленина, о гигантской битве, закончившейся нашей великой победой, о силе и мужестве героических защитников Ленинграда», — писала «Ленинградская правда».

Для массового посещения выставка открылась 7 мая и стала одним из самых популярных мест в городе. Время работы было рассчитано специально, чтобы экспозицию могли увидеть все: в будни выставка работала с 18:00 до 21:00, а в выходные — с 11:00 до 18:00.

Сюда шли и блокадники, и те, кто вернулся в город из эвакуации. «Эта выставка вдохновляет нас на восстановление нашего любимого родного Ленинграда. И мы это сделаем», — написала 17 мая 1944 года группа студентов Ленинградского института водного транспорта.

«На выставке мы как будто вновь пережили годы блокады нашего любимого города. Выставка напомнила нам о борьбе Ленинграда с фашистскими извергами, томившими его в двухлетней блокаде. Те ребята, которые были эвакуированы, узнали о жизни Ленинграда в дни его тяжелой жизни», — этот отзыв оставили 24 мая 1944 года ленинградские дети.

Эйзенхауэр в музее

Сюда же в обязательном порядке возили почетных гостей, например генерала и будущего президента США Дуайта Эйзенхауэра.

На эту тему

Возрождение: в преддверии «Ленинградского дела». Часть II

«Музей обоpоны Ленингpaдa является нaиболее зaмечaтельной военной выстaвкой из всех виденных мною. Геpоическaя обоpонa гоpодa зaслуживaет увековечивaния в нaшей пaмяти в вещественном выpaжении — нaстоящий музей достойно осуществляет это», — написал в книге отзывов Эйзенхауэр.

В 1945 году выставка была преобразована в музей, были открыты еще 11 залов, теперь их стало уже 37.

Безусловно, это было бы невозможно без помощи простых ленинградцев, которые несли свои вещи, письма, фотографии в Соляной городок. Так новый музей стал по-настоящему народным.

Репрессии музея

Работа художников и историков, проведенная в этот период, опередила свое время — они использовали движущиеся макеты, подсветку, в музее показывались фильмы, использовались записи тревог.

Многие приемы, использованные тогда, актуальны до сих пор: «Большая электрифицированная карта показывает, как сжималось кольцо блокады вокруг города. Десятки фотографий, диапозитивов, вещи воспроизводят условия, в которых жили и трудились ленинградцы в тяжкую блокадную зиму.

Форсирование Невы нашими войсками показано на макете-модели, тщательно воспроизводящей все подробности укреплений берегов и боевые порядки наших частей.

На макете «действует» около 4500 фигурок и сотни соответствующих им по величине орудий, танков, автомашин, самолетов», — писал первый директор музея Лев Раков.

«Населению укрыться!»

Никто и подумать не мог, что через четыре года музей попадет в опалу. В начале 1949 года началось так называемое «Ленинградское дело», были осуждены более 200 человек, в том числе бывшие руководители города обороны Кузнецов, Попков, Капустин, Вознесенский. Опасность нависла и над музеем — за дело взялся приближенный Сталина, один из организаторов Ленинградского дела Георгий Маленков.

На эту тему

Возрождение: в преддверии «Ленинградского дела». Часть II

«Рассказывают, впрочем, документальных подтверждений нет, что Маленков приезжал в феврале 1949 года, заходил в музей, потребовал путеводитель по музею, а потом тряс им над головой, кричал, что здесь свили антипартийное гнездо, что нужно уничтожить музей», — рассказывает Буянова.

Читайте также:  Крейсер аврора - музей корабль в санкт-петербурге

И все же сразу расправиться с памятью о блокаде, очевидно, не решились. Музей проработал еще полгода, хотя почетных гостей туда уже не водили. Летом двери Соляного городка закрылись, официально для ремонта и реэкспозиции.

Архивные документы показывают, что сотрудники еще надеялись спасти свое детище: «Они пытались реорганизовать экспозицию, добавить еще больше портретов Сталина, убрать опальных Кузнецова и Попкова.

Была такая картина «Кузнецов и Жданов беседуют со Сталиным по прямому проводу» художника Бабасюка.

В 1949 году замазали Кузнецова, нарисовали на его месте окно — я нашла эту картину в описях, ее название изменили на «Жданов беседует с товарищем Сталиным по прямому проводу», — рассказывает Буянова.

Но это уже не могло спасти музей — принципиальное решение было принято. В 1951 году Соляной городок передали военным. В конце следующего года была создана ликвидационная комиссия, которая педантично, с составлением актов и протоколов, занималась разгромом экспозиции.

Часть предметов передали в другие коллекции, оружие отдали военным, которые затем его утилизировали, остальное было просто уничтожено. Дневник Тани Савичевой уцелел, скорее всего, только благодаря своей международной известности.

По горькой иронии бюрократическая точка была поставлена в день смерти Сталина, 5 марта 1953 года. Именно тогда был подписан ликвидационный акт — так целый музей оказался репрессирован. История о блокаде, за которую Ленинград получил Звезду города-героя, более была не нужна, о ней предпочитали не вспоминать.

Также под репрессии попал и создатель музея Лев Раков. «Его обвиняли в том, что в музее было якобы выставлено секретное оружие, что, впрочем, никого не смущало в течение нескольких лет, а в 1949 году вдруг возникли вопросы.

Его также обвиняли, что в музее якобы содержалось оружие для захвата власти, хотя все образцы вооружения были выведены из рабочего состояния. Также Ракова обвиняли в том, что во дворе музея было закопано 300 килограммов пороха.

Его приговорили к высшей мере, потом заменили приговор 25-летним заключением, в 1954 году его реабилитировали»,— рассказывает Буянова.

Снова рожденный

Десять лет город жил без памяти о блокаде. Лишь в 1960-е в музее истории города были, среди прочих, открыты залы, рассказывающие о времени нацистской осады. Во многом экспозиция состояла из вещей, некогда изъятых из коллекции на Соляном.

В 1965–1968 годах на местах боев за Ленинград был воздвигнут монументальный комплекс памятников «Зеленый пояс славы». В конце 1970-х на Площади победы открылся памятный зал Монумента героическим защитникам Ленинграда. И все же полноценного музея блокады не было, и в городе об этом помнили, хотя немногие отваживались об этом говорить.

Все изменилось с перестройкой — 1989 году Ленинградский горсовет по просьбе ветеранов, блокадников, историков и журналистов решился возродить музей в Соляном переулке. Первым шагом стала художественная выставка. Для нее был освобожден один зал из прежних 37.

Спецпроект на тему

Возрождение: в преддверии «Ленинградского дела». Часть II

«Здесь был спортивный зал, на стене висело баскетбольное кольцо, возможно, поэтому его и передали — его было легче всего освободить. Естественно, планировалось, что дальше будут освобождены и остальные помещения старого музея, но, к сожалению, на этом зале все и остановилось».

«Пока это только выставка — «Блокада Ленинграда в живописи, скульптуре, графике», но сегодняшний вернисаж — первый шаг к возрождению Музея обороны города-героя, — писал 8 сентября 1989 года корреспондент ТАСС Виктор Ганшин, — и замечательно, что она открыта в Соляном переулке, где прежде находилось собрание реликвий осадной поры.

36 654 экспоната насчитывал музей, разгромленный в 1949 году за то, что «недостаточно полно и глубоко раскрывал роль величайшего полководца всех времен и народов». Уникальная панорама была расформирована, часть экспонатов уничтожили.

Но ленинградцы не примирились с варварской акцией, они верят — мемориал будет возрожден, и там же, в Соляном переулке».

Горожане вновь помогли

И все же картины не могли полностью заменить подлинные экспонаты времен блокады, однако, согласно закону, вернуть вещи, переданные в 1950-е годы, было невозможно. И тут на помощь снова пришли простые ленинградцы — они вновь стали нести в музей свои вещи, документы, неиспользованные карточки, найденные в чуланах детские игрушки блокадного времени.

  • На призыв музейщиков о помощи откликались даже из других регионов страны — так музей стал народным во второй раз.
  • «Этот экспонат приехал своим ходом в 1990-е годы из Смоленской области, — показывает Буянова трофейный немецкий мотоцикл Zündapp, — он был привезен сыном солдата Великой Отечественной, который воевал на Ленинградском фронте, добыл этот мотоцикл в бою».
  • Считается, что солдат лично уничтожил фашистов, которые вели мотоцикл, потом привез его к себе на родину, в Смоленскую область, и 50 лет этот мотоцикл служил на огороде, а потом его передали в музей.

Со временем фонды музея стали насчитывать свыше 53 000 предметов, большинство из которых — подлинные артефакты, как принесенные горожанами, так и найденные поисковиками.

В 2004-м была открыта постоянная экспозиция, представлявшая из себя почти театральную декорацию — осажденный город с так называемой блокадной комнатой (экспозицией, рассказывающей о быте ленинградцев), Ленинградский фронт — по периметру зала.

Так снова заработал «самый ленинградский», как говорят ветераны, музей города на Неве. Первыми ее посетителями, конечно, стали блокадники, в том числе прибывшие со всех концов бывшего СССР.

Корреспондент ТАСС Елена Югина писала об этом событии: «Спустя шесть десятилетий после блокады восстановлены все материалы, посвященные городу и фронту».

Спецпроект на тему

Возрождение: в преддверии «Ленинградского дела». Часть II

Сегодня музею не грозит уничтожение, наоборот, — он станет более масштабным и даже получит сеть новых филиалов.

От проекта строительства нового музея, против которого возражали многие горожане, и в первую очередь ветераны и блокадники, отказались: Музей блокады решено развивать в Соляном городке, на историческом месте.

8 сентября 2019 года, в День памяти жертв блокады, должна открыться новая экспозиция, которая пока разместится в одном зале.

Городские власти договорились о постепенной передаче Музею обороны и блокады Ленинграда дополнительных помещений, принадлежащих сегодня Министерству обороны РФ. Врио губернатора Петербурга Александр Беглов сообщил, что в ближайшее время музей получит более 3000 квадратных метров площадей.

Инициативу о развитии музея ранее поддержал президент России Владимир Путин. По его распоряжению на обновление экспозиции из резервного фонда выделено 150 миллионов рублей.

Константин Крылов

Возвращение Невского проспекта. Взлет и гибель идеи «русской России» при Сталине | Телеканал 360°

75 лет назад, 13 января 1944 года в Ленинграде, готовившемся стряхнуть с себя ледяные оковы многомесячной блокады, советская власть приняла совершенно удивительное и ни разу не повторявшееся за семь десятилетий ее истории решение.

В одночасье в городе на Неве исчезли улицы, проспекты и площади: 25 Октября, Советские и Ленина, Красных Командиров и Жертв Революции, 9 Января и Пролетарской Победы, Урицкого, Володарского и Нахимсона, Карла Либкнехта и Розы Люксембург.

На их место вернулись Невский проспект, Дворцовая площадь, Адмиралтейская набережная, Суворовский проспект, Исаакиевская и Казанская площади, Введенская улица, Большой, Средний и Малый проспекты Васильевского острова.

15 января о немыслимом сообщила «Ленинградская правда», только новость о переименовании проспекта Ленина в Пискаревский поместить в газете все же не решились

В городе, ценой неимоверных жертв блокады отстоявшем себя у гитлеровских захватчиков, свершилась топонимическая контрреволюция, равной которой не было вплоть до возвращения ему исторического имени Санкт-Петербург.

Ленинградцы воспринимали это как своеобразную награду за перенесенные страдания — наконец-то можно было открыто пройти по Невскому проспекту — через Аничков мост, мимо памятника Екатерине II и выйти на Дворцовую площадь с Александровской колонной.

Читайте также:  Храмы Санкт-Петербурга

Ответ на вопрос «За что воевали» был дан практически без затрат материальных средств, зато предельно наглядно: воевали за то, чтобы жить в России.

«Конструктор технического отдела т. Рогов при подаче заявления о добровольном поступлении в армию заявил, что он идет воевать за Россию, но за четыре буквы [СССР] воевать не будет», — сообщали НКВД-шные сексоты с завода имени Энгельса в июле 1941-го. И вот с самого верха инженеру Рогову передали своего рода привет — ваше мнение услышано.

Возрождение: в преддверии «Ленинградского дела». Часть IIИсточник фото: pastvu.com

Идея возвращения имен появилась осенью 1943 года на волне восстановления в СССР русской державной и патриотической стилистики — в новом гимне пелось о Великой Руси, сплотившей республики; на плечах офицеров засверкали погоны; в сентябре 1943 года Сталин встретился с церковными иерархами и дал добро на восстановление патриаршества. Тогда-то и появился умопомрачительно смелый проект главного архитектора Ленинграда Николая Варфоломеевича Баранова — вернуть старые названия центральным улицам.

«История 240-летнего развития Ленинграда и его прекрасный архитектурный облик ярко отражают многочисленные волнующие страницы истории России.

Это нашло свое яркое отражение и в наименовании улиц, проспектов, площадей и набережных, так как эти наименования весьма характерны для Ленинграда и присущи только нашему городу.

Население не только Ленинграда, но и всей страны усвоило эти наименования, связало с ними определенное представление об отдельных частях города.

Между тем многие новые наименования улиц, проспектов, площадей и набережных оказались неудачными, неубедительно связанными с красочной историей города, трудными в произношении и тем самым не нашедшими себе признание населения города. Непопулярность новых наименований затрудняет ориентацию пешеходов и внутригородского транспорта», — писал Баранов в своем докладе.

Он был поддержан главой ленинградских коммунистов и партийным идеологом Андреем Ждановым (который, по всей видимости, и стоял за этим проектом). «Советская улица, улица К.

Маркса есть в каждом городе; в любом районном центре вы найдете не одну, а две-три, обязательно будет Советский, затем Ленина, проспект Сталина и прочие.

Значит, в этом отношении специфика Ленинграда стерта», — обосновывал решение Жданов, точно предвидя будущую коллизию «Иронии судьбы».

Читать

  • Юрий Дроздов, Василий Фартышев
  • ЮРИЙ АНДРОПОВ И ВЛАДИМИР ПУТИН
  • На пути к возрождению

Часть первая

Юрий Андропов

  1. «Путин — никакая не загадка.
  2. Он — самый понятный лидер России со времен Андропова.
  3. Путин — второе издание Андропова».
  4. (Из аналитической записки американского центра «Глобал интеллидженс апдейт»)

История не знает сослагательного наклонения.

Однако та поразительная популярность мер, принятых Андроповым после 18-летнего периода брежневского застоя, когда общество с надеждой на восстановление порядка и сильной государственной власти, пресечение коррупции, встретило нового и почти не известного генсека, способного на кардинальное изменение всего прежнего уклада жизни, наводит на аналогию с современной ситуацией в России. С каждым годом все меньше людей помнит, каким был Юрий Владимирович, а, учитывая его почти полную закрытость от внешнего мира, можно сказать, что и 15–20 лет назад было немного тех, кто хорошо знал его.

Как бы дальше развивалась страна, если бы Андропову удалось еще в течение нескольких лет проводить в жизнь свой новый курс? — этим вопросом задаются сегодня российские и многие зарубежные исследователи. В последнее время все чаще сравнивают действия Андропова и первые шаги на посту президента В. Путина.

Какой будет программа преобразований всей внутрироссийской политической и экономической жизни в ближайшие годы? Станет ли Путин действительно вторым и улучшенным изданием Андропова? — это далеко не праздные, а жизненно важные вопросы, от решения которых зависят судьба страны, ее возрождение и будущее.

Глава 1

Краткая биографическая справка

Юрий Владимирович Андропов родился 15 июня 1914 года в станице Нагутской Ставропольского края. Рано лишился отца, о котором почти нет данных, кроме того, что он работал телеграфистом и умер от тифа.

По непроверенным сведениям, Владимир Либерман после революции сменил фамилию на «Андропов».

После его смерти мать Юрия — учительница Евгения Карловна Файнштейн — вторично вышла замуж, но вскоре скончалась от туберкулеза.

Юрия воспитывала семья отчима, однако эти отношения тоже прервались — юноша рано начал самостоятельный путь в жизни. В 14 лет работал грузчиком, затем телеграфистом, киномехаником в городе Моздоке. В 18 лет плавал матросом по Волге.

Окончив Рыбинский техникум водного транспорта, бал назначен освобожденным секретарем комсомольской организации Рыбинской судоверфи. Поступил в Петрозаводский университет — не окончил. Женился рано, на сокурснице по техникуму Нине Ивановне Енгалышевой. Однако после пяти лет совместной жизни этот брак распался.

Биографы Андропова утверждают, что Нина Ивановна продолжала любить бывшего супруга до конца дней. После развода дети — сын Владимир и дочь Евгения — остались с матерью. Владимир учился в суворовском, нахимовском училищах, в ПТУ, менял профессии, долго скитался по стране, умер в 1975 году в Молдавии.

Евгения работала врачом в Ярославле, с отцом переписывалась и встречалась редко.

Юрий Андропов женился вторично уже будучи лидером комсомола Карелии. Вторая жена, Татьяна Филипповна, также была освобожденным комсомольским работником. От этого брака родились Игорь и Ирина. Сын стал дипломатом, дочь — журналисткой.

Несмотря на чрезвычайно высокие требования партийных кадровиков к морально-нравственному облику и семейной жизни коммунистов тех лет, развод и повторный брак не повлияли на будущую карьеру Андропова.

В 1936 году Андропова назначили первым секретарем Ярославского обкома комсомола. В ВКП (б) вступил в 1939-м. С 1940 — первый секретарь Карельского обкома комсомола. В годы войны — организатор и руководитель партизанского движения в Карелии. Тогда же сильно застудил почки, что серьезно подорвало здоровье на многие годы.

Значительное воздействие на формирование Андропова как политика оказал, по единодушным отзывам знавших его, «последний интеллигент ленинской эпохи» О. Куусинен.

[1] Стремительной политической карьере Андропова, помимо его личных качеств, способствовали два объективных фактора: в эпоху 30-х молодежь активно участвовала в политике, а репрессии 1937–1950-х годов вызвали ускоренную ротацию кадров всех уровней, и перед молодыми выдвиженцами из рабочей среды открывались невиданные перспективы роста.

Читайте также:  Музей политической истории России в Санкт-Петербурге — подробная информация с фото

С 1944 года Юрий Владимирович на партийной работе: второй секретарь Петрозаводского горкома партии, с 1947 — второй секретарь ЦК КП Карелии. Окончил Высшую партийную школу при ЦК КПСС.

Карелия являлась тогда одним из главных центров страны в области лесной, деревообрабатывающей и целлюлозно-бумажной промышленности, а также по добыче полезных ископаемых. Основную часть рабочей силы составляли заключенные «Карлага», созданного еще во времена строительства Беломорско-Балтийского канала.

Андропов не мог заниматься экономикой республики без постоянных и тесных контактов с руководством НКВД — МВД — МГБ, что тоже наложило на него свой отпечаток.

Политический долгожитель

Юрий Андропов сумел благополучно пережить три исторических эпохи — при сталинскую,[2] хрущевскую и брежневскую, поднимаясь по ступеням партийно-политической карьеры. Этот феномен можно сравнить только с политической карьерой А. Микояна.[3]

В последние годы сталинского правления (1951–1952) Андропов был уже ответственным работником ЦК партии. Рекомендовал его на эту должность Куусинен. В отличие от многих других деятелей партии, никто в его семье не был репрессирован. Сам он избежал репрессий благодаря политической гибкости, даже изворотливости.

Еще во время учебы и работы в Рыбинске молодой Андропов рьяно обличал двурушников-троцкистов. В 1950 году комиссия ЦК ВКП(б) и группа московских чекистов, продолжая кампанию «ленинградского дела», вели расследование «дела Куприянова» — первого секретаря ЦК компартии Карелии.

В 1938 году Куприянова назначили на этот пост по рекомендации А. Жданова.[4] В годы войны генерал-майор Куприянов был прямым начальником Андропова, и комсомольский лидер относился к нему с большим уважением.

Однако комиссия нашла недостатки в деятельности ЦК и обвинила Куприянова в злоупотреблениях и корысти.

Ко второму секретарю ЦК Андропову вопросов было меньше, однако он оказался перед выбором: защищать Куприянова (и тогда судьба обоих была бы предрешена), найти отговорки и отказаться вести внеочередной пленум ЦК КП Карелии, или — обрушиться с критикой на своего руководителя и друга.

Адропов выступил с «унизительной самокритикой и поддержал все обвинения в адрес Куприянова.

Недавний генерал был снят с поста… Через два месяца он был арестован и осужден по 58-й статье… Занимать в тоталитарной системе высокий пост и не предавать время от времени своих друзей, соратников… было невозможно». Куприянов не погиб в лагерях. В 1956 году его реабилитировали по ходатайству Н. Хрущева.[5]

Такой поступок Андропова говорит о том, что в молодости он обучился сложному искусству политического лавирования, оставаясь «убежденным сталинистом». Впрочем, отдельные мемуаристы и биографы опровергают последнее, полагая, что Андропов лишь декларировал общепринятые взгляды, на деле придерживаясь более гибких и демократичных воззрений.

«Венгерский синдром»

С 1953 по 1957 год Ю. В. Андропов — чрезвычайный и полномочный посол СССР в Венгрии. Перед этим всего несколько месяцев, Андропов возглавлял 4-й европейский отдел МИДа, который курировал, в частности отношения с Польшей и Чехословакией.

В те годы происходила ожесточенная борьба за сферы политического влияния внутри советской партийно-государственной элиты, в результате чего зачастую на дипломатической работе оказывались не профессионалы, а выходцы из рабоче-крестьянских партийцев.

вернуться

КУУСИНЕН Отто Вильгельмович (1881–1964), революционер, политический деятель, академик АН СССР (1958), Герой Соц. Труда (1961). С 1905 лидер левого крыла финских социал-демократов.

В 1911–1917 — Председатель Исполкома Социал-демократической партии Финляндии. Один из руководителей Финляндской революции 1918, организатор Коммунистической партии Финляндии.

В 1940–1956 — председатель Президиума Верховного Совета Карело-Финской ССР. С 1957 — секретарь ЦК КПСС.

вернуться

СТАЛИН (Джугашвили) Иосиф Виссарионович (1878–1953). Окончил Горийское духовное училище (1894). Из Тифлисской духовной семинарии исключен в 1898. Вступил в социал-демократическую организацию. В 1912 кооптирован в ЦК и Русское бюро Центрального Комитета РСДРП. В 1917 член редколлегии газеты «Правда».

В 1917–1922 — нарком по делам национальностей. В 1922–1953 Генеральный секретарь ЦК. В 20-х гг. возглавил партию и установил в стране тоталитарный режим. С 1941 Председатель СНК СССР и Председатель ГКО, нарком обороны, Верховный Главнокомандующий. На XX съезде КПСС (1956) Н. С.

Хрущев подверг резкой критике так называемый культ личности Сталина.

вернуться

МИКОЯН Анастас Иванович (1895–1978), Председатель Президиума Верховного Совета СССР (1964–1965), член Политбюро ЦК партии (1935–1966). С 1917 на партийной работе в Баку. В 1926–1946 возглавлял ряд наркоматов: внешней и внутренней торговли, пищевой промышленности и др.; одновременно с 1937 — заместитель Председателя СНК СССР.

В 1942–1945 — член Государственного Комитета Обороны. С 1946 — заместитель Председателя, с 1955–1-й заместитель Председателя Совета Министров СССР; одновременно в 1946–1949 — министр внешней торговли, в 1953–1955 — министр торговли СССР. Входил в ближайшее политическое окружение И. В. Сталина. Поддерживал массовые репрессии в 1930-е гг.

(Прим. ред,).

вернуться

ЖДАНОВ Андрей Александрович (1896–1948), государственный и политический деятель. С 1912 участник революционного движения. Секретарь ЦК ВКП(б) с 1934. В 1934–1944 — Первый секретарь Ленинградского обкома и горкома ВКП(б). С 1939 — член Политбюро ЦК.

В Великую Отечественную войну член Военного совета Ленинградского фронта, генерал-полковник (1944). С середины 1940-х — в ближайшем окружении И. В. Сталина.

Один из организаторов массовых 1930–1940-х годов, а также идеологических кампаний против инакомыслия в литературе и искусстве.

вернуться

ХРУЩЕВ Никита Сергеевич (1894–1971), советский государственный и партийный деятель, генерал-лейтенант (1943). Участник гражданской войны. После 1920 — на хозяйственной и партийной работе. В 1929 окончил Промышленную академию.

С 1931 — на партийной и хозяйственной работе в Москве. В 1935–1938–1-й секретарь МК и МГК ВКП (б). С 1938 по 1947–1-й секретарь ЦК КП(б)У. В 1944–1947 являлся также Председателем СНК УССР. С декабря 1949 — Секретарь ЦК и 1-й секретарь МК ВКП (б).

С 1953–1-й секретарь ЦК КПСС. В 1964 освобожден от обязанностей.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector