Новая волна репрессий: «Ленинградское дело». Часть II

Новая волна репрессий: «Ленинградское дело». Часть II Продолжение размышлений на базе книги Сушкова.

Начало здесь.  Продолжим анализ книги Сушкова «Ленинградское дело»: генеральная чистка «колыбели революции», за которую автору отдельное спасибо! Курсивом – как обычно, цитаты. Акценты (подчёркивание и другие) – мои. Повторю мысль, от которой автор неявно отталкивается: 

…Исследователям не доступны ни архивно-следственные, ни партийно-следственные дела, доступ к номенклатурным и персональным делам либо также закрыт, либо весьма затруднителен…

Что заставляет власть имущих с упорством, достойным лучшего применения, хранить «протухшие» тайны ушедшего «советского двора»? Все секреты СССР, интересовавшие Запад, давно уже получены с подачи партнёров из РФ.

Только потенциальный урон современному либеральному «мэйнстриму» может объяснить подобное поведение. За последние лет тридцать я начитался всякого.

И пока мифы оголтелого антисоветизма только осыпаются с моей картины прошлого, как не качественная штукатурка.

В случае непрозрачной «советской смуты» можно даже предположить версию, что Сталину не дали провести «генеральную чистку» не «колыбели революции», а всей страны от партийного всевластия перерождавшихся и уже не коммунистических, по сути, бонз. Вернёмся к анализу, оставив пустые гадания. ????

Очевидным предлогом для начала зачистки питерского «десанта» в Москву послужил раздутый скандал лёгкой шлифовки результатов ленинградских выборов в декабре 1948 года. Показателен пленум уже в следующем феврале.

Северную Пальмиру накрыл «очищающий душ».

Весь политический бомонд города на Неве каялся за грехи лакейства и чинопочитания, заискивания и подхалимажа, не забывая свалить вину на бывших руководителей города, которые, якобы, и создали нездоровую атмосферу.

Кстати, из выступлений на пленуме следовало, что все районные организации, как одна, лебезили, превозносили только бывшего персека Кузнецова, которому, как никому другому, были свойственны «бахвальство и вождизм». Будто и не слышал никто преувеличенных восхвалений в адрес великих «учителей», «железных наркомов» и других «несгибаемых и выдающихся» строителей социализма.

Прозорливый автор, с одной стороны, углядел необычайную атмосферу страха, охватившую его участников. Но, с другой стороны, успел подметить, что сковывающего страха на пленуме не было. ????

Некоторые историки утверждают, что выжигаемая калёным железом и расстрелами крамола была взаправдашней. Что же вменялось в вину «опасным заговорщикам», кроме подтасовки выборов в Питере? Захват Москвы (о, ужас!) подразумевал ещё и тайное создание компартии РСФСР в пику КПСС. Такое обвинение звучит пугающе до того момента, пока мы не познакомимся с фактами, представленными и Сушковым.

Ленинградцы, в соответствии с местом в табели о рангах, вышли в ЦК ВКП(б) (!) всего лишь с предложением создать там отдельное бюро для РСФСР, по образу и подобию тех, бюро, которые уже имелись для остальных республик.

Естественно, идея не замалчивалась и официально обсуждалась среди тех, кому положено было принимать решение. А Предсовмина РСФСР М. И. Родионов 27 сентября 1947 г. подал записку на имя Сталина (с копиями еще в несколько адресов): “… о создании Бюро ЦК ВКП(б) по РСФСР».

Уже одно то, что это произошло задолго до скандала на выборах, о многом говорит.

То есть, никаких заговорщических планов сепаратизма и перехвата управления не мыслилось.

Сушков замечает: фактически тем самым обкомы и крайкомы РСФСР лишались прямого выхода на высшие партийные и правительственные инстанции… И что с того? В подобном положении находились обкомы и крайкомы других союзных республик и это никого не пугало. Кроме того, считалось же разумным наличие двух первых секретарей обкома и горкома в области, не боясь сепаратизма и подрыв единства…

То, что предполагаемые шаги открыто обсуждались, доказывает и такой пассаж на февральском пленуме персека Ленинграда Попкова:

«Я неоднократно говорил… в Ленинграде, в присутствии Бадаева, Капустина, Николаев слышал и другие… в приёмной… Жданова… в приёмной Кузнецова. Идёт давно вопрос о РКП. Обсуждая этот вопрос, я сказал такую штуку: как только РКП создадут, легче будет ЦК ВКП(б)… руководить будет не каждым обкомом, а уже через ЦК РКП.

И что здесь автор нашёл неразумного? Унифицируется система отношений всесоюзной партии с республиканскими организациями, раз они равноправны в составе СССР. Появляются прямые ответственные в России за внутренние мероприятия.

Не имея возражений по существу вопроса, обвинители тут же пускаются в демагогию и риторику:

«Что же выходит? Попков хочет защищать русский народ, а ЦК ВКП(б), товарищ Сталин не защищают его? Это явно антипартийное заявление».

По такой логике, например, и казахский народ уже не защищается Сталиным и ЦК, потому что присутствуют и «прокладка» в виде бюро, и ЦК Казахстана. Кстати, было время, когда Казахстан был автономией в составе РСФСР. То есть, реформы переустроения СССР были не однажды.

Но высказанная начальником оценка «антипартийное», всегда вгоняла принципиального коммуниста в ступор… ????

Мне кажется очень важным и упоминание (хотя и вскользь) русского народа. Его положение всегда аккуратно выводится из обсуждения, как в коммунистическом СССР, так и в капиталистическом РФ.

Не забудем, что те предложения возникли ещё и после страшной великой войны, когда демография потерь и состояние центральных «русских» территорий были катастрофическими. Отсюда и необходимость пристального и персонального внимания и контроля. Тема положения русских в нашей стране — сложная и одновременно вопиющая.

Она ребром отделяет говорильню о справедливости и реальное к ней стремление. Допускаю, что некоторым образом засекреченные документы касаются именно её.

Но и с точки зрения управляемости экономики предлагаемая реорганизация выглядела разумной. В некотором смысле подобный шаг вписывался и в существующую версию, по которой Сталин готовил передачу всей полноты власти от ЦК к Совмину. Такие планы вряд ли нравились тем, кто занимал ключевые позиции в сложившейся иерархии государства, желая оставить всё без изменений.

Как верно замечает автор, даже городские лидеры Москвы и Питера были очень весомыми фигурами в партийной элите и входили напрямую в высшее управление.

Это же никого не удивляло? А почему-то дополнительная фиксация высокой значимости РСФСР (которая соответствовала реальности, а не просто текущему состоянию в партэлите) кого-то сильно напрягла и была истолкована, как подрыв существующих устоев… Сушков утверждает:

Вполне очевидно, что появление столь могущественной фигуры не входило в планы ни Сталина, ни его преемников. 

Но это — совершенно не очевидно! Игра в сдержки и противовесы никак не могла вредить непререкаемому авторитету Сталина. Наоборот. Зато новый игрок мог помешать кому-то из соратников в далеко идущих планах, о чём сам же автор тут же сообщает…

Неслучайно, создавая в 1956 году бюро ЦК КПСС по РСФСР с подведомственным ему аппаратом, Н.С. Хрущёв назначил себя председателем бюро, хотя в действительности им не руководил и управление этим органом возложил на заместителя председателя.

Более того, и второй по значимости советской республике, которой руководил Хрущёв до 1947 года, было совершенно не выгодно появление наверху ещё одной и даже более значимой фигуры среди соратников.

А Сталин вполне мог в своей политической игре намеренно вводить в расклад нового тяжеловеса: первым секретарём ЦК РКП(б) А.А. Кузнецова, как говорится в проекте закрытого письма Политбюро ЦК ВКП(б) от 12 октября 1949 года.

Разве такая заготовка могла появиться без желания генсека? И как такие планы могли сочетаться с верой в заговор и желанием расправиться с Кузнецовым? Ведь, Сталин получал информацию с разных сторон.

Мне кажется, «заговорщиков» потому и не обвинили официально в создании компартии России, что к тому отсутствовали хоть какие-то доказательства.

Сушков вынужденно пытается спрятаться за известным трафаретом «кровавого тирана», боявшегося за своё место. Но правило «разделяй и властвуй» придумано задолго до обсуждаемого исторического периода.

К тому же количество персоналий в головной управленческой группе СССР не являлось чем-то постоянным, меняясь неоднократно.

Получается, что обвинение в создании оппозиционной партии ничего особенно не добавляло к скандальчику на выборах в Ленинграде, хотя и то и другое было подано гипертрофированным до неприличия. В таком случае поиск причин для расстрельного наказания продолжился.

Тренд, думаю, задали имевшиеся в ЦК анонимки. Осознавая слабость позиций, обвинение расширило поиск компромата как по времени, так и в сторону экономических преступлений. Описание оных и занимает большую часть книги Сушкова. Об этом мы далее и поговорим.

????

Но для начала вернёмся на пресловутый февральский пленум. На нём питерская верхушка каялась в своей трусости, но оставалась «настоящими» коммунистами, умело мимикрируя в задаваемом начальством направлении.

Некоторые выступавшие занимались откровенным публичным бездоказательным стукачеством, донося о событиях, давно минувших, выставляя в негативном свете бывшее руководство Ленинграда, перебравшееся в столицу.

Вряд ли подобное поведение можно назвать подобающим. «Принципиальные» коммунисты ранее восхваляли и помалкивали, а теперь занялись критикой, почувствовав, что именно этого от них и ждут прибывшие проверяющие.

 

Например, завотделом Ленинградского горкома ВКП(б) А.Ф. Павлов дошёл в оценках до следующего: Больше того, перейдя на работу в аппарат Центрального комитета, он вообразил себя вождём чуть ли не всей партии. И откуда же это стало известно служащему питерского горкома, кем воображал себя Кузнецов по отъезду? Вполне возможно, что подобные речи и хотел услышать гость из столицы…

Поневоле возникает вопрос: что же вы не указывали и не жаловались на поведенческие недостатки руководителя? Ведь, и сам Маленков славил «великого вождя», помалкивая в тряпку о «культе личности». Но сразу вспомнил о нём, как только личность ушла в мир иной.

Не думайте, что я потерял тему и погряз в мелочах. Тут важным становится сроки и последовательность смены руководителей Ленинграда. Пройдя все ступени служебной питерской лестницы Кузнецов был выдвинут тем самым Ждановым, которому ленинградские райкомовские начальники его противопоставляли.

Ну, а результатом этого потока жалоб на пленуме стал вывод Кузнецова из Оргбюро. Но конкурент был не устранён до конца и вскоре в Москву стали поступать новые компрометирующие материалы… в результате проверок финансово-хозяйственной деятельности властных структур, в обязательном порядке сопровождавших смену партийного руководителя региона. 

Фиксируем: Кузнецов руководил Ленинградом и областью чуть больше года (с 17 января 1945 — 26 марта 1946), после чего отбыл в Москву. Значит, обязательная проверка была и ничего тогда не установила. Скандал с «фальсификацией» выборов в Питере – конец 1948 года? При чём здесь Кузнецов вообще?

Читайте также:  Музей-усадьба и. репина «пенаты» в санкт-петербурге

Продолжение.

«Ленинградское дело»

«Ленинградское дело»

Правда, «Дело авиаторов» будет «постарше», но, думаю, более приемлемым было бы начать именно с «Ленинградского дела», которое наглядно показывает, какова была политическая ситуация в стране и вокруг Сталина.

После выделения Жданова в качестве потенциального преемника на передний план выдвинулась так называемая «ленинградская группа». Именно эта группа предстала в качестве опасного конкурента «старой гвардии»: Молотова, Маленкова, Микояна, Берии и Хрущева.

Как только последние отошли в тень, «ленинградская группа» слишком приблизилась к Сталину. Сталин был не настолько наивен и сам проводил в жизнь политику своего учителя Ленина, не подпуская близко ни одну группировку.

Обе должны были сбалансировать друг друга.

В отличие от Ленина, который использовал неприязненные отношения Сталина и Троцкого в целях укрепления собственной власти, масштаб политических игр Сталина был гораздо шире. В качестве противовесов в игре он использовал три действенных силы: «старую гвардию», «ленинградцев» и министра госбезопасности, который просчитался в личности Сталина и слишком уж переоценил собственные возможности.

Всеми руководил искусный кукловод Сталин. Как мы могли удостовериться, он довольно-таки быстро поставил на место «старых гвардейцев», но создать новое послушное ядро оказалось не так просто.

Особенно перемешала все карты смерть Жданова.

Новая политическая группа в лице «ленинградцев» оказалась не такой послушной, и дело дошло до того, что она даже вознамерилась проводить независимую от Сталина политику.

При рассмотрении «Ленинградского дела» основной акцент делается на действиях Сталина, но не уделяют особого внимания действиям обвиняемых. Оценивают данное дело с точки зрения юридической, но забывают о ее политической подоплеке.

В исторической перспективе вопрос опять-таки ставится неверно и звучит так: были ли виновны «ленинградцы» в предъявленных им обвинениях? Правильнее было бы поставить этот вопрос следующим образом: представляли ли они опасность для Сталина?

Не будем рассматривать юридический аспект данной проблемы и посмотрим на нее лишь с политической точки зрения. С чего началось это дело?

Утвердилось мнение, что Сталин специально сфабриковал это дело, но, не имея доказательств вины будущих обвиняемых, преступным признал факт проведения Всероссийской оптовой ярмарки 10–20 января 1949 г.

В данном случае игнорируется цель, с которой была проведена ярмарка, и то, как была она проведена. Сам данный факт приведен как безобидный акт. Ну что с того, что провели Всероссийскую ярмарку, мало ли кто ее проводил, не армию же сколачивали, в конце концов. Но если приглядеться повнимательнее, можно легко догадаться, что проведение ярмарки было не таким уж и безобидным актом.

Вообще-то ярмарки часто проводились в Союзе, и в этом не было ничего предосудительного. Целью была реализация залежалого товара. Сам факт проведения не мог вызвать гнева Сталина, но проблема заключается в том, как она была проведена. Во-первых, это была инициатива лично Ленинградского партийного аппарата, Кремль же поставили в известность постфактум.

Ярмарка проводилась в полной секретности без всякой рекламы. Совет Министров дал разрешение лишь на проведение ярмарки в масштабе округа, инициаторы же без согласия руководства провели всероссийскую ярмарку.

Вместе с тем небезынтересен тот факт, что в Ленинграде до этого ярмарка никогда не проводилась из-за неудобств его географического положения.

Вместе с тем, учитывая тяжелое послевоенное время, трудно было поверить в то, что в Ленинграде было столько залежалых товаров, что ради их реализации стоило бы проводить ярмарку в таких масштабах.

Еще одно подозрительное обстоятельство – на ярмарку были приглашены лишь руководящие партийные деятели крупных округов и районов РСФСР. Было невозможно, чтобы эта «безобидная» акция не вызвала подозрений.

Трудно сказать, что же было реальной причиной созыва ярмарки, однако все вышеперечисленные вопросы и такой «звездопад» партийных функционеров породили подозрение, что псевдоярмарка на самом деле являлась тайным собранием, целью которого было создание новой Российской коммунистической партии, которая существовала бы отдельно от КПСС.

Это еще одно «безобидное» деяние на самом деле было слишком опасным. Возможно, само требование было даже справедливым, поскольку все республики СССР имели свою компартию, и лишь Россия была прямо подчинена КПСС, без среднего звена.

На самом деле все было гораздо сложнее, и ярмарка, и Компартия РСФСР были всего лишь мишурой. Данный шаг Сталин должен был воспринять как противостояние и признать, что «ленинградцы» не так податливы, как хотелось бы ему.

С этой стороны на Сталина повеяло опасностью послабления, а может, и потери власти. Эта опасность вовсе не была надуманной, и, не прими он превентивных мер, «ленинградцы» на созыве ярмарки не остановились бы.

Что могло произойти дальше, можно только гадать.

В феврале 1949 года Сталин сделал свой ход. ЦК ВКП(б) приняло постановление «Об антипартийных действиях члена ЦК ВКП(б) т. Кузнецова А.А. и кандидатов в члены ЦК ВКП(б) тт. Родионова М.И.

и Попкова П.С.». Все трое были освобождены от занимаемых должностей. Та же участь постигла председателя Госплана Н. Вознесенского.

И Кузнецов, и Вознесенский после смерти Жданова считались фаворитами Сталина.

Против группы была применена самая действенная сила. Наряду со старой гвардией в лице Маленкова, Хрущева и Шкирятова в борьбу включился и Абакумов, что еще раз указывает на то, что МГБ стояло выше МВД.

Следствие очень быстро «выявило» преступников, и дело закончилось так, как и ожидалось. Все «заговорщики» были признаны виновными, часть из них была расстреляна, часть арестована.

Нужно обратить внимание на одну интересную деталь, связанную с данным делом – ход процесса не освещался в прессе, что довольно-таки нетипично для сталинских репрессий, и скорее всего этот факт указывает, что целью процесса вовсе не было запугивание масс новыми репрессиями. Здесь мы имеем дело с чисто политической борьбой.

Настало время остановиться на роли Берии в данном деле: где тут можно обнаружить его след? Какова его роль в фабрикации дела?

Все, кто ищет ответа на этот вопрос, имеют один ответ: прямых доказательств вины Берии в этом деле нет, но…

Если продолжить мысль, фразу можно окончить следующим образом: кто, как не Берия? Зачем искать козла отпущения, когда у нас под рукой есть садист и палач, на которого можно свалить любое преступление, и искать ответа, так это или нет, никто не будет?

Даже неутомимый фантазер Антонов-Овсеенко не имеет собственной версии роли Берии в этом деле и старается ограничиться общими фразами, или, по крайней мере, ссылается на «непререкаемый» авторитет Хрущева.

Когда он касается факта смерти Жданова, делает такое полузаключение: «Не будем удивляться, если когда-нибудь станет известно, что и к этому акту Берия руку приложил». Такому доказательству позавидовал бы даже Вышинский.

В целом по ленинградскому делу «историк» ссылается на Хрущева, который через 8 лет со дня процесса изрек такую мудрость: «Повышение Вознесенского и Кузнецова встревожило Берия… – …именно Берия предложил Сталину, что он, Берия, со своими сообщниками сфабрикует против них материалы в форме заявлений и анонимных писем».

На этом фантазия Антонова-Овсеенко по вопросу участия Берии в «разоблачении» «ленинградцев» иссякла. Сам он не очень-то и задумывался, насколько слова великого кукурузного вождя были правдой, и не дознавался у него, кем же были эти сообщники, готовые на грязное дело.

Неужели Курчатов или Харитон, ведь Берия в это время руководил атомным проектом, и с МВД или МГБ у него были касательства лишь по вопросам, связанным с новым оружием.

Сам Антонов-Овсеенко признается, что после того, как Жданов стал вторым человеком в стране, произошла чистка органов МВД и МГБ, в которых Берия участия не принимал.

Хотя, скорее всего, мы слишком многого требуем от такого «авторитета» в истории, каким является сын невинно осужденного известного революционера. Думать и делать логические заключения – это не для него. Его жанр историческая фантастика.

Более серьезный биограф Берии, Николай Рубин, для решения этой проблемы советует нам сложный путь. Он исходит именно из того принципа, о котором мы говорили выше: кому выгодно? Правда, этот принцип дает нам лишь односторонний ответ, но раз уж все считают его полноценным доказательством, было бы нелишне, рассмотреть данный вопрос именно с этого ракурса.

Вот как оценивает «Ленинградское дело» и роль Берии в его фальсификации Рубин: «Разумеется, ничего антипартийного в Ленинградской ярмарке не было…»

Во-первых, трудно согласиться даже в этом вопросе. Возможно, в ярмарке не было ничего преступного, но антипартийной она точно была исходя из вышеперечисленных причин. Продолжение текста понять гораздо труднее: «Здесь видна рука опытного интригана, которым мог быть Берия или Маленков. Возможно, и кто-то другой, но это менее вероятно».

Такое заключение не очень-то украшает биографа. Выходит, Берия под подозрением только потому, что он опытный интриган, хотя для того, чтобы признать человека интриганом, к тому же опытным, наоборот, нужно привести конкретный пример (лучше примеры), на основании которого будет не зазорно сделать такой вывод. Н. Рубин сам же обесценивает столь сложный силлогизм следующими словами:

«Не исключено, что идея удара по «ленинградцам» принадлежала самому вождю, и прежде часто менявшему круг своих любимцев».

Это уже чересчур. Список подозреваемых у Рубина слишком разросся, и под обвинение может попасть любой человек, само же заключение основано лишь на домысле. По этому делу фамилия Берии даже не всплывала.

По части МГБ ею занимался Абакумов, по партийной же части Маленков. Но поскольку имя Маленкова ассоциируется с именем Берии, последнему и попала рикошетом пуля от соратника. Хотя ненадолго отложим этот вопрос.

Несмотря на поверхностное рассмотрение этого дела, Рубин старается установить, кто же был заинтересован в том результате, который последовал за «Ленинградским делом»:

«Это преступление сталинского режима окончательно сделало Берию, Маленкова и Хрущева наиболее близкими к вождю людьми. Заметьте, речь идет о трех людях! Но многие исследователи, согласно традициям мифа о Берии, почему-то считают именно его конструктором «ленинградского дела» и главным палачом».

Как видим, Рубин «оправдывает» Берию, но данное оправдание не что иное, как перераспределение вины на нескольких человек.

Принять данную мысль невозможно, поскольку она безосновательна. Не знаю, как Маленков и Хрущев, но вот о вознесении на пьедестал сталинского доверия Берии не может быть и речи. Для этого достаточно вспомнить о другом деле, которое разразится через короткий промежуток времени. Это «Мингрельское дело», которое было направлено именно против Берии.

Читайте также:  Фото Сенатской площади (19 фото)

Кроме того, довод Рубина, что от данного дела выиграли три человека, сделан очень поспешно. От этого дела выиграла вся старая гвардия. То, что Молотов, Микоян и Ворошилов не были в фаворе у вождя, вовсе не значит, что возвышение «ленинградцев» их не беспокоило.

Нет уж, если исходить из результатов, нужно признать, что вся «старая гвардия» вздохнула с облегчением после устранения опасных конкурентов. Кроме того, Рубин забывает еще об одной важной фигуре – Абакумове.

Почему-то интересы данного чиновника ему не кажутся серьезными. Как уже отметили, Абакумов был довольно независимой фигурой, и ему тоже не очень нравилось, как заправляли на его кухне Жданов с «ленинградцами».

После устранения назойливых соперников у Абакумова появлялось больше шансов стать единственным фаворитом Сталина.

Как видим, список лиц, которых устраивал результат, слишком длинный, и найти по этому принципу человека, который прошептал Сталину, как нужно поступить, очень трудно.

Хотя, если присмотреться хорошенько, мы все же пропустили одного человека, интерес которого в исходе дела был значительно выше, чем интерес всех перечисленных выше «подозреваемых». Этой личностью был сам Сталин.

Почему-то все исходят из того, что кто-либо обязательно должен был подсказать то или иное решение вопроса Сталину.

Утверждать, что кто-то донес ему на «ленинградцев» и таким образом использовал оного для достижения своих целей, значит совсем не знать вождя и игнорировать его политический опыт.

Если принять во внимание, что действия «ленинградской группы» были направлены не на сближение со Сталиным (чего могли опасаться конкуренты), а на фактическую конфронтацию с ним, становится ясно, что их уничтожение в первую очередь устраивало именно Сталина.

Сталин сам управлял актерами, занятыми в этом спектакле, и акт, осуществленный им по отношению к «ленинградцам», был не чем иным, как остужением зарвавшихся фаворитов. Берия в этом спектакле не играл никакой роли.

Маленков же и Хрущев были слепыми орудиями Сталина, впрочем, как и Абакумов, возомнивший о себе черт знает что.

Так что слова, сказанные Маленковым на пленуме ЦК КПСС в 1957 году в свое оправдание: «Никогда организатором ленинградского дела я не был, это легко установить, да и здесь достаточно товарищей, которые могут сказать, что это делалось по личному указанию Сталина. Что я руководил Сталиным? Так сказать – смеяться будут», были абсолютной правдой.

Инициатором данного дела был не кто иной, как Сталин, однако утверждать, что его действие не вытекали из сложившейся обстановки, тоже нельзя.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Ленинградское дело: жертвы репрессий или расправа над коррупционерами и шпионами

Со времен суда над партийными деятелями прошло семь десятилетий, но историки до сих пор не получили доступ ко всем документам того времени. Из-за невозможности изучить факты, исследователи разделились на два лагеря.

Одни уверенны, что советские деятели из Ленинграда обвинены и репрессированы незаконно. Другие же убеждают, что это была преступная группировка, готовая пойти на предательство Родины.

Попробуем разобраться, насколько правильными были действия Сталина.

Распространенные версии развития Ленинградского дела

В августе 1948 года умер секретарь ЦК ВКП Андрей Жданов. Все приближенные к нему люди оказались в опасности. В партии наметился раскол. Георгий Маленков решил воспользоваться моментом, чтобы избавиться от соперников и прибрать власть к рукам.

Играя на патологической подозрительности Сталина, политик начал предъявлять факты закулисных действий Ленинградской верхушки. Инициативность и самостоятельность в то время не приветствовалась.

Кроме того, партийные лидеры подозревались в самом ужасном преступлении – измене Родине.

Среди историков также рассматривается версия, что Ленинградское дело начато Маленковым по приказу самого Сталина. Якобы Вождь пожелал избавиться от сильных соперников, набирающих авторитет. Но такой вариант слишком натянут.

В конце 40-х годов Иосиф Виссарионович имел полную власть, сместить с должности его бы никто не посмел. Кроме того, Сталин сам заводил разговоры о приемнике.

Ген секретарем ЦК он видел Алексея Кузнецова, а Председателем Совета Министров – Николая Вознесенского.

Еще существует версия, что Сталин опасался борьбы между Московскими и Ленинградскими партийными кланами после его смерти. Маленков, Берия и Хрущев мечтали расправиться с Кузнецовым и Вознесенским. Но если любимчиками Вождя были ленинградцы, то почему же он тогда стал на сторону москвичей? Достаточно было одного приказа Сталина, чтобы Маленкова, Берию и Хрущева смести с лица земли.

Самой правдоподобной остается версия о реальной виновности ленинградских лидеров. Ради них даже восстановили отмененную в 1947 году смертную казнь. И это при том, что в праве «закон обратной силы не имеет».

Этот фундаментальный принцип был проигнорирован. 12 января 1950 года к смертной казни было разрешено приговаривать изменников Родины, диверсантов и шпионов.

Получается, что Сталин свято верил – ленинградцы представляют угрозу безопасности страны, поэтому подлежат расстрелу.

С чего началось ленинградское дело

Сталин и «Ленинградское дело», Ч.1/2

По теме: Русский след в «Ленинградском деле» / Е.Спицын. «Ленинградское дело» | Дело русской партии | Миф о «ленинградской группе», а также Революция 5 марта 1953 года | Покаяние Маленкова | Был ли заговор против Сталина? | Несбывшееся Беловежье | «Ленинградское дело» и русский вопросПочему И.В. Сталин в 1950 г. утвердил расстрельный приговор руководителям РСФСР

Одним из самых больших преступлений верхушки большевистского режима в послевоенное время, до сих пор ещё не осознанное российской общественностью, остаётся физическое уничтожение партийной, государственной и хозяйственной элиты русской национальности в 1949–1953 гг., которое в истории навсегда осталось под кодовым названием «Ленинградское дело». Как справедливо отмечают современные эксперты, одновременно с этим «Ленинградское дело» является и одним из самых загадочных и мало изученных фальсифицированных судебных процессов сталинского времени. ©

Впрочем, если быть точнее, на закате жизни И. Сталина в СССР были проведены две репрессивно-карательные операции.

Массовое истребление русских руководителей высшего, высокого и среднего звена в Москве, Ленинграде и других крупных городах совпало с изгнанием евреев из руководящих органов политики, науки, культуры, здравоохранения и средств массовой информации.

Но русским повезло меньше, чем евреям, до массовых казней последних дело не дошло: 5 марта 1953 г. И. Сталина настиг смертельный инсульт.Современные публицисты и политологи, пишущие об этой национальной трагедии, в числе организаторов события называют разных политических деятелей того времени.

Однако знакомство с доступными на сегодняшний день архивными документами позволяет прийти к твердому выводу, что во главе всех этих событий стоял не кто иной, как Генеральный секретарь ЦК ВКП(б).

Почему в отношении, условно говоря, «ленинградцев» Сталиным была проявлена такая бескомпромиссная жестокость?

Как видится мне сейчас, после многолетнего изучения сталинской темы во всём её объёме, проявленная генсеком по отношению к «ленинградцам» неимоверная жестокость объяснялась, по-видимому, тем, что ко времени появления этого феномена – «ленинградцев» – И.

Сталина в буквальном смысле изнуряла тревога: что станется с главным делом всей его жизни – Советским Союзом? Кто наследует его необъятную власть и куда эти наследники поведут страну после его смерти?В 1947 году он впервые заявил об этом вслух: по-видимому, сказал он в узком кругу своих ближайших сподвижников, я скоро уйду.

Кто заменит меня? А потом добавил: вот умру я, вас всех передушат, как котят.

https://www.youtube.com/watch?v=j8VibAzfAcE

Эта снедавшая его тревога и привела к тому, что в начале 1948 года на одном из неформальных заседаний Политбюро ЦК ВКП(б) генсек вдруг объявил, что он сам и ближайшие его сподвижники — Молотов, Ворошилов, Каганович, уже перешли в разряд стариков и им пора подумать о пенсии, а потому руководство СССР надо бы омолодить.

Я думаю, сказал Сталин, что с руководством экономикой вполне может справиться товарищ Вознесенский Николай Алексеевич, член Политбюро, председатель Госплана СССР, а на партийные дела можно поставить товарища Кузнецова Алексея Александровича, секретаря ЦК ВКП(б), члена Оргбюро ЦК, начальника Управления кадров ЦК.

Всё выглядело логично: обоим названным было в то время 45 и 43 года соответственно.Но, как оказалось, Сталин заявлением о своих возможных наследниках открыл «ящик Пандоры». На самом-то деле ни Вознесенский, ни Кузнецов в ближайшее окружение генсека в это время не входили.

Ближе всех к Сталину стояли член Политбюро ЦК, заместитель председателя Совмина СССР Г.М. Маленков (1902-1988) и член Политбюро, зампред Совмина СССР Л.П. Берия (1899-1953), которые как раз в этот период убедили Сталина «вытащить» в Москву из Украины Н.С. Хрущева (1894-1971) и поставить его на должность первого секретаря МК и МГК ВКП(б), секретаря ЦК ВКП(б), подключив его к своим политическим играм (в частности, и в «Ленинградском деле»).

Об авторах «ленинградского дела»

Технически инициаторами по осуществлению репрессий в отношении руководящего состава русской нации от начала и до конца выступили три человека: этнический македонец (по отцу), сын железнодорожного служащего из Оренбурга Г. Маленков; этнический грузин (мингрел), сын бедного крестьянина Л.

Берия; украинизированный русский, сын бедного крестьянина из села Калиновка Курской области (на границе с Украиной) Н. Хрущёв. Исполнителем же функций палача, по чьему непосредственному распоряжению к арестованным применялись изуверские пытки, был этнически русский, сын истопника и прачки, министр государственной безопасности СССР В. Абакумов.

Активно поддерживал эту группу человек непонятно как оказавшийся в узком высшем руководстве страны, поскольку, по отзывам современников, был абсолютно бездарен во всех делах, которыми он, по воле И. Сталина занимался, сын приказчика мукомольной фабрики, этнически русский Н. А. Булганин.Однако настоящим вдохновителем всей этой операции был сам вождь Страны Советов.

Именно он приказал арестовать проходящих по «делу» основных фигурантов, в ходе судебного процесса одобрил предложение Маленкова и Берии вернуть в судопроизводство смертную казнь (отмененную в 1946 г.), лично правил текстовую часть обвинительного приговора, требуя от судебной коллегии вынесения «ленинградцам» расстрельного вердикта, регулярно приказывал В.

Абакумову доставлять ему протоколы допросов братьев Вознесенских, внимательно вчитывался в них и вплоть до расстрела обвиняемых интересовался, приведён ли приговор в исполнение.30 сентября 1950 г. в Ленинграде состоялся суд, который правильнее было бы назвать судилищем, над центральной группой фигурантов по «Ленинградскому делу»: кроме уже названных выше Н.А.

Читайте также:  День пожилого человека в спб 2019: мероприятия

Вознесенского и А.А. Кузнецова осуждению к высшей мере были подвергнуты М.И. Родионов, председатель Совета Министров РСФСР, П.С. Попков,первый секретарь Ленинградского обкома и горкома ВКП(б), Я.Ф. Капустин,второй секретарь Ленинградского горкома ВКП(б), П.Г. Лазутин,председатель исполкома Ленинградского городского Совета депутатов трудящихся.

Все – депутаты Верховного Совета РСФСР и СССР. Спустя час после оглашения приговора они были расстреляны, тела их зарыты на Левашовской пустоши под Ленинградом. И.М. Турко, Т.В. Закржевскую и Ф.Е. Михеева осудили на длительное тюремное заключение.

Затем на московском процессе по «Ленинградскому делу» к смертной казни были приговорены ещё 20 человек, в том числе родной брат председателя Госплана СССР А.А. Вознесенский, министр образования РСФСР. После немедленного расстрела тела их вывезли на кладбище Донского монастыря, кремировали, сбросили в яму и забросали землёй.

Таким образом, расстрелу были подвергнуты 26 руководителей РСФСР, 6 человек скончались в ходе допросов. Репрессированы были и члены их семей.Судебные процессы, моральные и политические расправы над русскими руководителями по «Ленинградскому делу» продолжались по всей стране вплоть до смерти И. Сталина.

В Ленинграде на длительные сроки тюремного заключения были осуждены более 50 человек, работавших секретарями райкомов партии и председателями райисполкомов. Свыше 2 тыс. человек были исключены из ВКП(б) и освобождены от работы.

Тысячи руководящих работников были репрессированы в Новгородской, Ярославской, Мурманской, Саратовской, Рязанской, Калужской, Горьковской, Псковской, Владимирской, Тульской и Калининской областях, в Крыму и на Украине, в среднеазиатских республиках. Освобождены от должностей и понижены в должностях более 2 тыс. военных командиров по всей стране.

Всего, по позднейшим оценкам в СССР, но в основном в РСФСР, репрессиям по этому «делу» были подвергнуты более 32 тыс. этнически русских руководителей партийного, государственного, хозяйственного звена.

Репрессивная машина Сталина-Берии-Абакумова жалости не знала. Гребли всех, невзирая на возраст, степень родства и знакомств с арестованными. Так, 11-летняя дочь расстрелянного 28 октября 1950 г.

Алексея Александровича Бубнова, секретаря исполкома Ленинградского городского Совета депутатов трудящихся, Людмила была арестована сразу же по возникновении «Ленинградского дела», отконвоирована в детприёмник-распределитель, а затем направлена в трудовую воспитательную колонию № 2 г. Львова. После смерти И.

Сталина Людмила Алексеевна Бубнова (Вербицкая) окончила Ленинградский государственный университет, стала доктором филологических наук, профессором, ректором Санкт-Петербургского государственного университета, а с 2008 г. – президентом СПбГУ.

84-летняя мать Александра, Николая, Марии и Валентины Вознесенских Любовь Гавриловна Вознесенская была арестована как «лицо, представляющее общественную опасность», осуждена на 8 лет ссылки и по этапу отправлена в Туруханский край. 15 января 1951 г., не выдержав издевательств и мучений, она скончалась.Ещё раз подчеркну, репрессиям были подвергнуты только этнически русские руководители.

Внешняя канва «Дела»

Если судить по текстам обвинительных приговоров, проекту секретного письма Политбюро членам ЦК ВКП(б) под названием «Об антипартийной враждебной группе Кузнецова, Попкова, Родионова, Капустина, Соловьёва и др.» от 12 октября 1949 г., авторами которого выступили Маленков и Берия, а также представленному 18 января 1950 г. И. Сталину министром госбезопасности СССР В.

Абакумовым проекту «Обвинительного заключения по делу привлекаемых к уголовной ответственности участников вражеской группы подрывников в партийном и советском аппарате» в составе 10-ти человек, «ленинградцам» были предъявлены следующие обвинения.1.

Проведение в Ленинграде без разрешения ЦК ВКП(б) так называемой Всесоюзной оптовой торговой ярмарки по реализации неликвидной потребительской продукции.2. Якобы сфальсифицированные результаты выборов руководящих партийных органов в ленинградской партийной организации на партийной конференции в декабре 1948 г.3. Пропажа в Госплане СССР с 1944 по 1948 г.

236-ти секретных документов, относящихся к планированию народнохозяйственного комплекса страны.4. Занижение планов хозяйственного развития страны в I квартале 1949 г.5. Расхищение крупных государственных средств в целях личного обогащения.6.

Проведение «линии на отрыв ленинградской парторганизации и противопоставление её ЦК ВКП(б)» и «высказывание изменнических замыслов о желаемых ими изменениях в составе советского правительства и ЦК ВКП(б)».Исследовательской литературы о «Ленинградском деле» практически не существует.

В основном, всё, что имеется, это несколько журналистских попыток «пройтись» по поверхности этих событий (единственным исключением является иллюстрированное научно-популярное издание «Судьбы людей. «Ленинградское дело» под ред. А.М. Кулегина. Сост. А.П. Смирнов. – СПб: Норма, 2009. – 224 с., предпринятое Государственным музеем политической истории в Санкт-Петербурге).

Все авторы этих попыток утверждают, что началось оно с проведения 10–20 января 1949 г. в Ленинграде Всероссийской оптовой ярмарки, которую руководители «второй столицы» устроили якобы несанкционированно, превратили во всесоюзную и (тоже якобы) тем нанесли многомиллиардный (в рублях) ущерб народному хозяйству страны.

Произведённые мною исторические (в том числе архивные) «раскопки» позволяют прийти к выводу, что это утверждение представляет собой либо добросовестное заблуждение, либо преднамеренную ложь и подтасовку фактов с целью снять ответственность за кровавое «Ленинградское дело» лично со Сталина (сторонники этой версии обеими ногами стоят на тезисе: «правильно расстреляли»), а также попутно «обелить» основных креаторов этого «Дела»: Маленкова, Берию, Хрущёва, Булганина и даже Абакумова.На самом-то деле всё началось гораздо раньше и совсем не с этой пресловутой выставки. Ограниченное пространство газетной статьи не позволяет мне подробно разобрать все перечисленные выше «обвинения» и показать ложность и намеренную подтасованность этих последних. Но коль скоро пишут прежде всего об этой «выставке-ярмарке», давайте на ней и остановимся.С этой ярмаркой с самого начала и до самого конца творились чудеса бюрократической эквилибристики.Нынешние сторонники «правильности» действий И. Сталина в «Ленинградском деле» утверждают, что ленинградское руководство, проводя в январе 1949 г. в Ленинграде Всероссийскую торговую оптовую ярмарку товаров народного потребления и продовольственных товаров, совершило «антинародное преступление», выразившееся в том, что в условиях, «когда страна только что начала отходить от голода 1947 г.», допустило порчу этих товаров, что якобы привело к «астрономическому ущербу в 4 млрд. рублей».

«Уже за одно только это, – пишет, например, автор книги «Сталинский порядок» С. Миронин, – люди, совершившие подобный шаг, заслуживают самого серьёзного наказания». Однако о чём же в действительности идёт речь?

Сегодня уже никто не может ответить на вопрос, каким образом создалась совершенно фантастическая ситуация, когда после войны, в условиях острейшей нужды, на складах Министерства торговли СССР скопилось неликвидных товаров народного потребления на сумму более 5 млрд руб., в том числе и продовольственных. Но терпеть такую ситуацию правительство дальше не могло, и 14 октября 1948 г.

Бюро Совмина СССР под председательством Н. Вознесенского (председателем Бюро на тот момент был Сталин, а его заместителями, которые попеременно вели заседания, – Вознесенский, Маленков и Берия) приняло решение о разработке мероприятий по реализации этих неликвидов. Позднее в их числе были названы межобластные оптовые ярмарки, куда был разрешён вывоз этих товаров и их продажа.

К слову сказать, инициатором организации таких ярмарок выступил Г. Маленков. 11 ноября 1948 г.

он подписал постановление Бюро Совмина СССР «О мероприятиях по улучшению торговли», где всем руководителям союзных республик и областей указывалось: «Организовать в ноябре-декабре 1948 года межобластные оптовые ярмарки, на которых произвести распродажу излишних товаров, разрешить свободный вывоз из одной области в другую купленных на ярмарке промышленных товаров».

Наибольшее количество подобных товарных остатков собралось в РСФСР, и руководство республики (председатель Совмина РСФСР М.И. Родионов) в точном соответствии с установившимся по таким поводам правилам вошло в Бюро Совета Министров СССР с предложением провести в целях реализации этих неликвидов 10−20 января 1949 г. в Ленинграде Всероссийскую оптовую ярмарку.

В письме выражалась просьба разрешить приглашение на участие в ярмарке торговых организаций союзных республик.Бюро Совмина СССР предложение руководства РСФСР рассмотрело и приняло решение согласиться с ним. Председательствовал (в силу очередности) на этом заседании Н. Вознесенский.В Ленинград были свезены образцы товаров 450-ти наименований. Ярмарка прошла успешно. Как пишет профессор В.А.

Кутузов, «по образцам заключались сделки и договоры на доставку товаров в различные районы. А до этого товары, в том числе и продовольственные, хранились на базах и складах производителей. Всего было предложено заключить договоры на поставку промышленных товаров на 6 млрд рублей и продовольственных – на 2 млрд рублей».

Об этих сделках 8, 11 и 21 января сообщала на своих страницах «Ленинградская правда». То есть всё происходило открыто и гласно.Искажая эти факты, автор нескольких биографий Сталина С. Рыбас в монографии «Московские против питерских: Ленинградское дело Сталина» (М.

, 2013) высказал обвинение в адрес «ленинградцев»: «Кузнецов, Родионов и Попков не только не получили разрешения на её (ярмарки) проведение, но и не поставили ЦК и Политбюро в известность о предстоящей ярмарке. Налицо было превышение должностных полномочий целой группой высших партийных и государственных работников, их сговор.

Ленинградские руководители и Родионов напрямую вышли на союзные республики, минуя Центр, создав до сих пор небывалую управленческую коллизию и опасный прецедент. Кроме того, устроители ярмарки не смогли толком реализовать продовольственные товары, свезённые в Ленинград со всей страны, что привело к их порче и ущербу в четыре миллиарда рублей. Нелишне напомнить, что именно в этот период колоссальные средства были направлены на восстановление народного хозяйства и создание атомного оружия. Ярмарка проводилась без рекламы».

Фактически это не что иное, как искажение фактов и стремление оправдать И. Сталина с его «расстрельным приговором» высшим руководителям РСФСР.

Во-первых, повторюсь, решение о ярмарке принималось на Бюро Совмина СССР. Представители союзных республик, присутствовавшие на заседании, узнали и о ярмарке, и о товарах и немедленно (информация-то горячая!) уведомили об этом свои столицы. Поэтому никакой «небывалой управленческой коллизии», о которой пишет С. Рыбас, не было и в помине.

А во-вторых, позиция С. Рыбаса по этому вопросу как профессионального историка вообще оставляет странное впечатление. Дело в том, что двумя годами ранее, в 900-страничной монографии «Сталин» в серии ЖЗЛ, этот исследователь высказал прямо противоположный взгляд по поводу данной ярмарки.

«Если учесть, – пишет он, – что в Ленинграде была проведена не Всесоюзная, а всероссийская оптовая ярмарка для распродажи товарных излишков, то все обвинения формально слабо мотивированы: обвиненные действовали в рамках своей компетенции».Ничуть не лучше выглядят «доказательства» и по всем остальным эпизодам обвинения.

За неимением места не буду утомлять читателя дальнейшими разоблачениями.

Окончание

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector